Записи с меткой «Авиация»

БудницкиеИсаак Борисович и Сара Самуиловна Будницкие поженились перед войной. 22 июня 1941 года они были во Львове: у них не так давно родилась дочь, и Сара Самуиловна приехала туда, чтобы повидаться с мужем, который служил в городе Станиславе (Ивано-Франковске), где располагалась его авиационная часть. Как только стало известно о нападении Германии, Исаака Борисовича срочно вернули в часть, а Сара Самуиловна с маленьким ребенком вынуждена была эвакуироваться на восток, спасаясь от немецкого наступления. Больше они не виделись до самого конца войны. Исаак Борисович служил в 132-м отдельном автотранспортном батальоне, который обслуживал авиачасти. Воевал в Сталинграде. Награжден медалью «За оборону Сталинграда», орденом «Красная звезда» и орденом «Отечественная война» 2-й степени.

За оборону СталинградаКрасная звездаотечественная война

Отрывки из беседы:

Исаак Борисович: «Я начал войну солдатом и был довольно образованным парнем. Служил в авиации, обслуживал их, подвозил боеприпасы, бомбы. Дослужился до командира отдельного батальона в этой части. Всю войну прошел. Всю войну. Мы, когда отступали, дошли до Сталинграда. Как Сталин говорил: «За Волгой у нас земли нет!» Уйти, оставить Волгу, оставить Сталинград – это потерять  Советский Союз. И тут началось брожение – что делать? И оттуда у нас началось наступление. Оттуда мы начали воевать уже по-настоящему, подошли части из России, и пошла война по всем правилам. И со Сталинграда мы пошли отгонять немцев день за днем. Но это большая история.

«Я встречал там Хрущева. Я ехал с воинской частью, и мимо идут «Бьюики». Останавливаются. Я выхожу – выходит Хрущев из первой машины, чтоб спросить как ехать, куда они там ехали. Меня спросил, я ему объяснил, рассказал».

«Ушел простым солдатом, одно, другое звание получил. Страшно ли было? Какой страх, вот даже и не думали об этом. Какой страх, абсолютно никто не обращал внимания на это. Как война, так война.»

Сара Самуиловна:   «Я встретила День Победы в Киеве, я его прекрасно помню. Я шла домой с работы, я работала в центре. Ничего я об этом не знала, что уже День Победы. Я шла пешком и должна была пройти мимо оперного театра. И смотрю, что очень много народу там стоит , а я же там каждый день хожу – там никого нет. И подхожу, спрашиваю – а что тут? Мне говорят, что будут объявлять, что победа. Я подождала-подождала, ничего не говорят. Тогда я пошла домой. Сказала, что мне надо перекусить быстрее и опять бежать обратно к оперному театру. Пришла – опять ничего не говорят. Ну, я вернулась домой, уже легла спать и почти сплю, как вдруг слышу: «Победа! Победа!» и страшную стрельбу. Я как стояла, какой-то халатик на себя набросила в тапочках вниз. Прибежала туда, а на улице люди целуются, обнимаются, поздравляют друг друга и так до утра. Я, когда была в эвакуации, у меня была подруга, тоже киевлянка. Она  ко мне пришла и говорит : «А мой муж застал победу под Киевом. Он военный, придет со своими сослуживцами, ты приходи, и мы отпразднуем.»  И я такая счастливая – День Победы! Пришла и вдруг слышу сводку, что на 3-м Украинском фронте продолжаются бои. А у меня муж на 3-м Украинском. Со мной началась такая истерика. Неужели же конец войны, а даже сегодня люди падают, значит и он может упасть! И я так запомнила этот день. И вот пока я не получила от него весточку, что он там живой, я все волновалась».

Читать интервью целиком

SAMSUNG CSC Когда началась война, Сергею Микеевичу Сафарову было 20 лет. В армию его призвали уже в августе 1941 года. С детства Сергей Микеевич увлекался авиацией, поэтому его отобрали для службы в авиационных частях. В боевых действиях участовал с апреля 1943 года на Юго-Западном и 3-м Украинском фронтах. Войну закончил начальником химической службы 31-го Истребительного авиаполка. В мае 1945 года награжден медалью «За боевые заслуги».

Боевые заслуги

Отрывки из беседы:

«Пришла весна, прибыл летный состав, прибыли самолеты ЛаГГ-3. Название из имен конструкторов – Лавочкин и его напарники. На нем стали тренироваться. Самолет был хороший, но мотор был очень поганый…

Завтрак начинался, когда еще темно… После прибытия самолета ЛаГГ-3 только командир звена мог опробовать его первый полет. И вот только я начинаю есть – звук: Бооооооом!! Дым, все горит. Он взлетел и не набрал еще высоты сто метров, как выключился мотор. После этого, когда высоты нет, ты должен сажать самолет – ни влево, ни вправо. Если немного влево, самолет сразу падает в штопор.

Когда мы пришли на место, он метров десять не долетел до дома офицеров. Бросили еду…Через аэродром поперек нельзя ходить – будет неприятность большая. Вокруг бегом. Снег лежит, бегом прибежали. За нами начальник штаба появился, фамилия его была Сергеев Николай Михайлович. Классный мужик. Он был из царской армии еще, но вид был у него бравый. Он только командовал: «Слушай мою команду!» Все к нему. «Подальше от самолета! Самолет горит!». Полный бак бензина был, когда он упал. Бензин был Б-70. Я помню марку этого бензина. Как порох горит.

Отошли, стали дожидаться. У него были подвешены две бомбы, полный запас боекомплекта, все стало гореть. Когда все это утихло, стали подходить ближе. Вдруг слышим: «Помогите!» Все друг на друга смотрим: откуда это? Оказывается, когда воткнулся в землю самолет, стекла от окон вылетели, разрушились. И, оказывается, там уборщица уборку делала. И бензин тоже попал туда. И она стала гореть, мы этого не знали… Ее вынесли, а она все говорит: «Помогите…» У нее грудной ребенок был. Она говорит: «Ребенку помогите». Ее положили на лавочку, потом и разошлись. Что с ней? Одна дорога ей была…».

«Начальником Киевской южной железной дороги до войны был Кравцов. Он старше меня лет на 12-15 был. Высокая должность. Этот Дмитрий Кравцов был командиром третьей эскадрильи…

Были жаркие бои после Курска, и там он два самолета сбил, у него самолет был поврежден, и он развернулся в сторону полка. И, видит, что не долетит, мотор остановился, перестал работать, он стал сажать на живот, без колес, потому что не видно, что там. Это не полоса посадочная, местность разная. И когда стал сажать на живот, надо было немедленно убрать голову под доску – там имеется пространство. Надо было голову спрятать туда, он не успел этого сделать, и ткнулся в приборную доску, ударился, разбил себе подбородок, и долгое время не мог быть в полку».

Читать интервью целиком